|
|
![]() |
АРГО. ЖАРГОН |
|
Оба эти термина — арго и жаргон — употребляются в лингвистике для обозначения особых «языков», на которых говорят люди одной профессии (профессиональные арго или жаргоны) или определенной социальной группы (социальные арго или жаргоны). Это не языки в буквальном смысле слова: грамматика в них в целом та же, что и в общенациональном языке. Вся их «особость» — в лексике: многие слова в жаргонах имеют специальный смысл; есть такие, которые и по форме отличаются от общеупотребительных. Так, например, в жаргоне летчиков низ фюзеляжа называется брюхом, учебный самолет — божьей коровкой. Если самолет силой воздушного потока увлекается вверх, то он вспухает, если его нос резко опускается вниз, то самолет клюет. Фигуры высшего пилотажа также имеют метафорические названия: бочка, горка и т. п.
Моряки называют дедом совсем не того, кто на судне старше других по возрасту, а старшего механика; капитана они зовут кеп, моториста — мотыль, кока — кандей. Есть подобные особенности в речевом обиходе медиков, железнодорожников, горняков и представителей других профессий. Это профессиональные жаргоны (арго). Они используются людьми, которых сближает общее дело, одна специальность. За пределами профессиональной среды такой жаргон непонятен.
Столь же специфичной может быть речь какой-либо социально обособленной группы людей. Иногда деятельность такой группы требует скрытности, утайки от общества — в этом, случае разработка особого «языка», непонятного чужим, диктуется жизненной необходимостью. В прошлом, например, существовали нищенский и воровской жаргоны; остатки этих жаргонов сохранились и в наше время, а кое-какие слова перекочевали в общий оборот, потеряв жаргонную окраску: двурушник (у нищих так назывался тот, кто в толпе собирал милостыню обеими руками), липа (фальшивка), жулик и некоторые другие.
Был в дореволюционной России и «язык» офеней — бродячих торговцев мелким товаром, коробейников (тех самых, о которых писал Н. А. Некрасов: «Эх, полным-полна коробушка...»). Офени составляли одновременно и профессионально, и социально обособленную группу. Случалось, что на коробейников нападали, отбирали у них товар и деньги, их деятельность иногда преследовалась властями. Поэтому коробейники вынуждены были всячески скрывать свои намерения и действия от посторонних, доверяясь лишь друг другу и поддерживая тесные связи только между собой. Помогало им в этом специально выработанное арго, непонятное окружающим. Дом офени называли рым, молоко — мелех, деньги — сары, товар — шивар; вместо строить они говорили мастырить, вместо говорить — зе- тить и т. п.
Во многих обществах издавна существовали и существуют школьные и студенческие жаргоны. В России XIX в. был еще бурсацкий жаргон: его употребляли учащиеся особой школы — бурсы, которая отличалась жестокой дисциплиной. Писатель-разночинец Н. Г. Помяловский отразил бурсацкий жаргон в повести «Очерки бурсы»: вместо украли бурсаки говорили сбондили, сляпсили, стибрили, вместо лицо — рождество (дать в рождество значило «ударить по лицу»). Общее свойство жаргонной лексики — переосмысление общеупотребительных слов и создание выразительных, ярких метафор. Это проявляется не только в русском, но и в других языках. В американском солдатском сленге (еще один термин, употребляемый для называния социально и профессионально обособленных форм языка) вертолет называют ветряной мельницей, торпеду — рыбой, самолет, управляемый по радио,— трутнем (из-за полос на фюзеляже), полковника — цыпленком.
Некоторые жаргоцные слова и обороты проникают и в общее употребление — именно из-за образности и выразительности этих слов. Сейчас носители литературного языка нередко прибегают к арготизмам (правда, только в условиях непринужденного общения): трёп, б ад яга, навалом (в значении «много»), катить
Вот как говорили офени, бродячие торговцы-коробейники, на своем тайном языке: — Мае скудается — устрекою шуры не прикосали бы и не отъюхтнли шивару. — Поёрчнм масы бендюхом, а не меркутью и шивару пулнм ласо, а возом ки забазлаем щавами; не скудайся! — Я боюсь — как бы нас дорогою не побили воры и не отняли товару. — Так мы поедем днем, а не ночью, и товару купим немного, а возы завяжем веревками; не бойся! — Елтуженка, повандай побрять: кресца, вислячков, сумачка, спндончн- ка поклюжи на стропень, подъюх- чалки да жулик не загорби, а са- модул снозна постыньте. Счабану на- бусаемся поскенне — клёвее мияшит. Дрябану в выксе скенно, не жалкомни, а счабану да сластиму привандырнм. — Женушка, подай поесть: мясца, огурчиков, хлебца, пирожка положи на стол, вилки да ножик не забудь, а самовар снова поставь. Чаю напьемся побольше — лучше будет. Воды в реке много, не жалей, а чаю да сахару привезем.
Легко можно заметить, что корни слов «засекречены», а грамматика — обычная русская. бочку на кого-либо («несправедливо обвинять или упрекать») и т. п. Однако в целом жаргон (арго, сленг) имеет ограниченную сферу распространения.
|
Смотрите также:
Жаргон. Жаргонная лексика – это слова, употребление...
К разновидностям социального диалекта относятся профессионализмы и жаргон или арготизмы (арго – засекреченный).
Языковые отношения эпохи капитализма. Развитие...
...«арго» или
«жаргоны» (арго бродячих торговцев, странствующих актеров,
нищих, воровской жаргон и т. п.).
В таких жаргонах (жаргон воров, нищих,
торговцев-разносчиков и т. п...
Отражение жаргонной лексики в словарях. Жаргонная лексика...
...тюремно-лагерного блатного жаргона" с подзаголовком "Речевой и графический портрет советской тюрьмы" (М., 1992), "Словарь московского арго" В.С. Елистратовой (М., 1994) и др...